Хэндсфри в машинах - это, конечно, про безопасность. Но никто же не запрещает бесстыдно подслушивать отрывки разговоров, доносящихся из динамиков машины через плохую звукоизоляцию в дверях, да?
При этом, слышно в основном только собеседника водителя. Получаются такие монологи, где водитель реагирует жестикуляцией или взглядом вдаль. Собрал несколько историй за пару дней велопоездок, делюсь.
Вот "Серёжа-сынок" на икс шестом бмв должен уяснить, что с "ними" по-другому разговаривать нельзя, и не для того его растили, чтобы он проглатывал эти обиды.
А вот кому-то по-латышски в третьей мазде рассказывают, как завтра он (или она) должен будет честно всё рассказать на семейном торжестве, ведь это про семью.
Из какой-то малютки доносится "huļi tik ilgi tevi vienmēr jāgaida?!". А он ещё в пробке стоит на вефовский мост с улицы Барона, бедняга.
А сегодня, вот, кто-то позвонил своей любимой прямо в фольксваген, и говорил, то он её очень любит. Она спешно закрыла открытое окно, чтобы, видимо, никто не узнал, что её любят. Но там потом она так сильно улыбалась, что и без слов всё было ясно.
В общем, скорлупки и ракушки - это, конечно, хорошо. Но самое главное, что в каждой такой скорлупке всегда есть кто-то живой, даже если его приходится иногда долго ждать.
При этом, слышно в основном только собеседника водителя. Получаются такие монологи, где водитель реагирует жестикуляцией или взглядом вдаль. Собрал несколько историй за пару дней велопоездок, делюсь.
Вот "Серёжа-сынок" на икс шестом бмв должен уяснить, что с "ними" по-другому разговаривать нельзя, и не для того его растили, чтобы он проглатывал эти обиды.
А вот кому-то по-латышски в третьей мазде рассказывают, как завтра он (или она) должен будет честно всё рассказать на семейном торжестве, ведь это про семью.
Из какой-то малютки доносится "huļi tik ilgi tevi vienmēr jāgaida?!". А он ещё в пробке стоит на вефовский мост с улицы Барона, бедняга.
А сегодня, вот, кто-то позвонил своей любимой прямо в фольксваген, и говорил, то он её очень любит. Она спешно закрыла открытое окно, чтобы, видимо, никто не узнал, что её любят. Но там потом она так сильно улыбалась, что и без слов всё было ясно.
В общем, скорлупки и ракушки - это, конечно, хорошо. Но самое главное, что в каждой такой скорлупке всегда есть кто-то живой, даже если его приходится иногда долго ждать.
